На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Этика научных дискуссий

Я до сих пор помню свой первый поход на ТВ. Мы обсуждали тему лечения болезней цифровыми лекарствами, скаченными из интернета и записанными на компакт-диски. Кроме меня в студии была ведущая, журналистика, которая проверила на себе эффективность средства и не была впечатлена, представитель компании, оказывающей данную странную услугу и, конечно, врач-психиатр.



Казалось бы, чего тут обсуждать. Цифровые лекарства — это очевидный бред. Но почему-то многие люди поверили в эту историю, включая одного доктора наук, работающего на биофаке МГУ. Поэтому я решил основательно подготовиться: посмотрел лекции упомянутого ученого, прочитал его «исследования» и разобрался, что с ними не так методологически. Перечитал учебник физики и проконсультировался с другом-физиком по поводу того, что в принципе может излучать компакт-диск. Внимательно изучил формулировки на сайте, предоставляющем услуги. Проверил, какой трафик приходит при «скачивании» лекарства (спойлер: никакой) и что происходит, если отрубиться от сети (спойлер: таймер скачивания спокойно продолжает отсчет). Все это потому, что я испытывал огромное чувство ответственности перед зрителями.


Как вы можете догадаться, эфир прошел не очень гладко для торговца чудо-средствами. По сути, он был один против четверых. Казалось бы, наука победила, но впечатление от всего этого покоробил один момент в конце. Не помню, попало ли это в эфир или было сказано после. Но ведущая привела аргумент, что, судя по не очень здоровому внешнему виду цифрового терапевта, не очень-то его лекарства эффективны.

Такая ремарка показалась мне весьма неуместной как с научной, так и этической позиции. С научной потому, что ничто не мешает изобретателю эффективного лекарства заболеть и даже хорошие лекарства помогают не всегда и не от всего. Не говоря о том, что ставить диагнозы по внешнему виду, тем более, не будучи врачом - та еще идея. С этической стороны потому, что не стоит в принципе так общаться с людьми.

Видите ли, я сторонник Бритва Хэнлона — «презумпции, согласно которой при поисках причин неприятных событий должны прежде всего предполагаться человеческие ошибки, и лишь во вторую очередь — чьи-то сознательные злонамеренные действия» и даже откровенного мракобеса я рассматриваю прежде всего как жертву высказываемых им идей, пока не доказано обратное. Презумпция оправдана потому, что некоторые совершенно необоснованные идеи находят абсолютное признание у сотен миллионов и даже миллиардов людей, в том числе и тех, кто ничего от этого не получает, а иногда даже теряет. Вы понимаете, на что я намекаю.

Поэтому я в меру сил стараюсь вести себя максимально доброжелательно даже с теми, с кем я категорически не согласен. На одни из первых своих дебатов по вопросам безопасности ГМО я принес белую и красную розу, чтобы вручить их Ирине Ермаковой, известному борцу с генной инженерией. На их примере я пытался пояснить, что отличия в цветах роз связаны с генетическими изменениями, что мутации происходят в природе постоянно и что генная инженерия позволяет их вносить куда точнее и избирательней, чем это происходит при селекции или в природе. Ирина тогда отказалась принять цветы от «агента Монсанты».

Еще одна история случилась в эфире другой передачи, на этот раз про гомеопатию. Формат был, кажется, три на три. Рассказываю по памяти, поэтому не все детали могут быть точными. Но был там один гомеопат, который спокойно и (что удивительно) с отсылками к каким-то исследованиями защищал свою позицию. Я уже подготовился возразить по существу, но тут из моей команды начал выступать психолог, с оскорблениями, переходами на личности в адрес гомеопата и на завышенных тонах. Вообще от психолога такое ожидаешь меньше всего, но конкретно этот психолог, как оказалось, имел очень странную диссертацию, с кучей статистических ошибок. Но суть не в этом, а в том, что мне было неприятно находиться с ним по одну сторону баррикад. Мне на секунду захотелось встать на сторону гомеопата, хотя фактически, конечно, правда была не на его стороне.

Мне кажется, что существует большая и явная проблема с этикой дискуссии в нашем (и не только в нашем) обществе. Я уж молчу, конечно, про ситуацию, когда за какую-то позицию человека могут просто посадить. Но даже если судить по комментариям под различными постами, то я порой поражаюсь количеству ненависти и переходов на личности в адрес людей, с которыми имеются разногласия. Особенно удивительно видеть такой бардак, когда разногласия касаются, казалось бы, интеллектуальной сферы - науки.

Я занимаюсь популяризацией науки с 2008 года и существенная часть моей деятельности связана с критикой тех или иных антинаучных идей. Я даже выбрал такое имя в живом журнале - Scinquisitor (научный инквизитор). Большая часть критики антинаучных идей в моем блоге не привязана к какому-либо персонажу. За исключением случаев, когда сама идея неразрывно связана с конкретной личностью, ее придумавшей или внесшей максимальный вклад в распространение. Именно Ирина Ермакова поведала миру, что ГМО вызывает бесплодие, а мужчины произошли от амазонок-гермафродитов, именно Петр Гаряев придумал теорию волнового генома, именно Олег Эпштейн придумал маскировать гомеопатию под наукообразным словосочетанием релиз-активные препараты, именно Валерий Чудинов обнаружил следы славянской письменности на Солнце, а Жак Бенвенист «открыл» память воды. Но даже в этих случаях критика направлена не на дискредитацию личности, а на разбор идеи.

Я не представляю, чтобы, критикуя какую-то лженауку, я начал пост с обсуждения личной жизни ее автора (или вообще заинтересовался ей), а в качестве аргументов повторял, что автор попросту тупой, не разбирается в области и вообще, посмотрите, он неудачник, косой, кривой и продажный. Не представляю, чтобы я завел филиал он-лайн таблоида в духе TMZ, чтобы отслеживать каждое слово и фотографию какого-нибудь лжеученого, обсуждал его родных, партнера или партнершу, друзей или коллег, создавал вокруг него культ ненависти. Не представляю, чтобы я подписался на социальные сети людей, с которыми я не согласен, и регулярно сообщал им об их тупости в комментариях и личных сообщениях.

Наверное, всем этим я пытаюсь сказать, что хотя очень важно быть правым, еще очень важно быть хотя бы минимально адекватным и способным разговаривать на языке фактов и рациональных суждений. Только так мы можем надеяться, что дискуссии приведут к изменениям мнений одной или обеих сторон. Давайте не будем об этом забывать.
Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх