Свежие комментарии

  • Ангел Смерти
    С этого эксперимента началась целая ветка психологии.На 365 Дней Запеч...

Гиперпролактинемия на стыке специальностей: эффективная терапия гиперпролактинемии в эндокринологии, гинекологии, андрологии и психиатрии

Гиперпролактинемия (ГПРЛ) – повышение уровня пролактина сыворотки крови, традиционно относится к категории эндокринологических проблем, что нашло свое отражение в шифре заболевания по МКБ-10 (E22.1) [1]. Тем не менее, широта спектра клинических проявлений данного заболевания требует более тщательного информирования об аспектах гиперпролактинемии врачей самых разных специальностей и междисциплинарного подхода к ее лечению.

В спектр действия пролактина входит более 80 биологических эффектов и 300 функций, что превышает суммарный показатель всех гормонов гипофиза. Гормон регулирует функционирование половой системы у мужчин и у женщин, отвечает за либидо, репродуктивные возможности, поддержание беременности и лактации. Кроме того, пролактин является модулятором жирового метаболизма, массы тела и плотности костной ткани [2].

Таким образом, симптомы со стороны женской репродуктивной системы становятся объектом пристального внимания акушеров-гинекологов и эндокринологов, мужской – андрологов и урологов, нарушения метаболизма – терапевтов и диетологов. Немаловажно также, что гиперпролактинемия может являться побочным эффектом приема различных лекарственных препаратов, например, антипсихотических и антидепрессантов, попадая в круг интересов и психиатрического сообщества.

Осведомленность о проявления, рисках и оптимальных методах лечения ГПРЛ врачей перечисленных специальностей и своевременное назначение терапии являются ключом к достижению пациентами целевых уровней пролактина, обретению шанса на рождение здорового ребенка, высокого качества жизни и благополучного исхода заболевания.

Пролактин, гиперпролактинемия и механизмы ее развития

Пролактин – пептидный гормон, состоящий из 199 аминокислотных остатков, секретируется в лактотрофных клетках передней доли гипофиза [3]. Его синтез находится под сложным нейроэндокринным контролем, в котором участвуют нейромедиаторы, биологически активные нейропептиды и гормоны периферических эндокринных желез [4]. Главным фактором, ингибирующим производство пролактина, является дофамин, который вырабатывается в гипоталамическом тубероинфундибулярном дофаминергическом тракте, в медиобазальной области гипоталамуса [5, 6]. Дофамин ингибирует производство пролактина через систему высокоспецифичных рецепторных структур, расположенных на мембранах лактотрофов. Активация D1-рецепторов стимулирует аденилатциклазу, тогда как активация D2-рецепторов угнетает ее. Дофамин и его агонисты стимулируют D2-рецепторы, что приводит к подавлению аденилатциклазы, уменьшению количества внутриклеточного циклического аденозинмонофосфата с соответствующим снижением высвобождения и секреции пролактина [5].

Свойства и эффекты пролактина определяются локализацией рецепторов к этому гормону. Таким образом, пролактин оказывает влияние на репродукцию, лактацию, водно-солевой обмен, морфогенез и рост, обмен веществ, настроение и поведение, эктодерму и кожу, иммунный статус [4].

Физиологическое повышение уровня пролактина наблюдается при беременности, половом акте, кормлении грудью, стрессе, больших физических нагрузках. В отличие от преходящего характера физиологической ГПРЛ, патологическое увеличение концентрации пролактина носит продолжительный характер и свидетельствует об имеющихся системных нарушениях [7].

Гиперпролактинемия устанавливается при наличии увеличенных концентраций пролактина в сыворотке крови в нескольких образцах (>20 нг/мл; 400 мЕд/л у мужчин и >27 нг/мл; 550 мЕд/л у женщин) [8]. Самыми распространенными причинами ГПРЛ являются пролактин-секретирующие аденомы гипофиза — пролактиномы (50% случаев) и идиопатическая гиперпролактинемия (до 30% случаев), характеризующаяся повышением уровня пролактина в отсутствие аномалий турецкого седла и прилежащей к нему области [7]. Реже увеличение уровня гормона связано с механическими или инфекционными изменениями в ножке гипофиза или гипоталамусе, циррозом печени, почечной недостаточностью, заболеваниями щитовидной железы или яичников, а также с систематическим приемом некоторых лекарственных препаратов [9].

Патогенетические механизмы гиперпролактинемии связаны с нарушением дофаминингибирующего влияния на продукцию и высвобождение пролактина. Постоянная стимуляция секреции гормона приводит к гиперплазии лактотрофов гипофиза, и, потенциально, к формированию микро- или макроаденомы. В возрастной группе от 20 до 50 лет пролактиномы в 10 раз чаще встречаются у женщин, чем у мужчин, однако после 50 лет указанная зависимость от пола исчезает. Эксперты полагают, что более высокая распространенность пролактином у женщин может быть связана с большей выраженностью клинических проявлений ГПРЛ и, соответственно, лучшей диагностикой [7].

Клинические проявления гиперпролактинемии

К наиболее частым симптомам ГПРЛ можно отнести:

  • Нарушения половых функций у женщин: нарушения менструального цикла в виде аменореи, опсоменореи, олигоменореи, ановуляторных циклов, менометроррагий, укорочения лютеиновой фазы и бесплодия. У некоторых пациенток также отмечается снижение либидо [10].
  • Нарушения половых функций у мужчин: снижение или отсутствие либидо и потенции, задержка эякуляции, болезненность при оргазме или его отсутствие [4], уменьшение вторичных половых признаков, бесплодие вследствие олигоспермии, гинекомастия [10].
  • Галакторея. Интермиттирующая или постоянная галакторея может наблюдаться как у мужчин, так и у женщин. Интенсивность выделений может варьировать от одиночных капель при сильном надавливании на молочные железы, обильных выделений при легкой пальпации желез до спонтанных [3].
  • Психические и неврологические нарушения. Для пациентов с ГПРЛ характерны астения, снижение настроения (депрессия), сужение круга интересов и когнитивные нарушения [3]. Если причиной гиперпролактинемии является пролактинома, пациент может предъявлять неврологические жалобы, свидетельствующие об опухолевом росте: головная боль, головокружение, нарушение сна, снижение памяти, нарушение зрения [2].
  • Ожирение/увеличение ИМТ. Набор веса провоцируется уменьшением допаминергического влияния, возникновением лептинорезистентности и снижением уровня адипонектина. Высокая концентрация пролактина приводит к формированию инсулинорезистентности и ухудшению липидного обмена [11].
  • Другие проявления. У больных может наблюдаться гирсутизм, а также кожные проявления в виде акне. Недостаточная секреция ФСГ, ЛГ и эстрогенов на фоне длительной гиперпролактинемии в ряде случаев приводит к развитию остеопороза [3, 12].

Разнообразие клинических проявлений ГПРЛ, а следовательно, и жалоб, приводит к тому, что с такими пациентами в реальной клинической практике встречаются многие врачи терапевтических специальностей. Клиническая настороженность врача в отношении гиперпролактинемии, понимание механизмов развития тех или иных симптомов и выбор адекватной терапии могут сыграть решающую роль в судьбе пациента.

Проявления гиперпролактинемии в гинекологии

Классическая клиническая картина ГПРЛ у женщин репродуктивного возраста включает сочетание аменореи, галактореи и бесплодия. Однако, возможны различные комбинации данных симптомов: у некоторых женщин с ГПРЛ аменорея может протекать без галактореи, у других же галакторея может выявляться самостоятельно. Для развития галактореи необходимы достаточные концентрации эстрогенов и пролактина в сыворотке крови, и в среднем данный симптом обнаруживается у до 80% женщин с гиперпролактинемией. Считается, что почти 70% случаев сочетания аменореи и галактореи обусловлено ГПРЛ [7].

Риск бесплодия при гиперпролактинемии достигает 30%. В частности, поэтому ВОЗ рекомендует определение уровня пролактина в качестве первого исследования для женщины из бесплодной пары после исключения мужского фактора бесплодия [12].

Причиной гиперпролактинемического гипогонадизма является нарушение секреции гонадотропин-релизинг-гормона (ГнРГ) гипоталамусом. Автономная секреция пролактина у женщин вызывает нарушение или ингибирование пульсирующей секреции ГнРГ, что приводит к снижению частоты импульсов лютеинизирующего гормона (ЛГ). ГПРЛ угнетает стимулирующее влияние эстрогенов на секрецию гонадотропинов, вызывая снижение их выброса. Кроме того, гиперпролактинемия вызывает блокаду рецепторов ЛГ в яичниках, подавляет синтез андрогенов и прогестерона. Повышенный уровень пролактина также угнетает активность ароматазы в гранулезных клетках яичников, что приводит к гипоэстрогении [7].

Проявления гиперпролактинемии в эндокринологии

Несмотря на специфические симптомы, которые могут приводить пациентов сначала к акушерам-гинекологам или андрологам, работать с больными с ГПРЛ часто приходится и непосредственно эндокринологам. Заподозрить повышенный уровень пролактина эндокринологов может заставить, в частности, клинический поиск причины избыточного веса или ожирения.

По данным отечественных исследований, увеличение массы тела в целом наблюдается у 40–60% больных с ГПРЛ [8, 13]. Наличие избыточной массы тела и/или ожирения выявлено у 35% больных с идиопатической гиперпролактинемией, у 40% больных – с умеренной ГПРЛ в сочетании с микропролактиномой и у 46% больных – с выраженной гиперпролактинемией, обусловленной макропролактиномой [11].

Пролактин, являясь модулятором строения и поддержания массы тела, участвует в регуляции активности ферментов и транспортных факторов в жировой ткани и оказывает влияние на углеводный и жировой обмен.

Непосредственное воздействие пролактина в высоких концентрациях на β-клетки поджелудочной железы приводит к стимуляции их активности, а следовательно, к снижению толерантности к глюкозе, развитию инсулинорезистентности и нарушению процессов метаболизма [8].

Кроме того, гипоэстрогения, вызванная гиперпролактинемией, может вызывать изменения липидного спектра, аналогичные нарушениям у здоровых женщин в менопаузе: увеличение содержания общего холестерина сыворотки крови, повышение концентрации липопротеидов низкой плотности и липопротеидов очень низкой плотности с одновременным снижением липопротеидов высокой плотности. Известно, что перечисленные нарушения способствуют повышению атерогенности плазмы крови, увеличивают риск развития ишемической болезни сердца, артериальной гипертензии, аритмии и ожирения [2, 14].

Проявления ГПРЛ в андрологии

Распространенность пролактинсекретирующих опухолей гипофиза в мужской популяции меньше, чем в женской, и составляет до 30% [15]. Вследствие субъективного характера симптомов ГПРЛ заболевание у мужчин часто диагностируется позже, чем у женщин. Действительно, клинические проявления ГПРЛ достаточно скудны и чаще всего характеризуются снижением интереса к половой жизни, эректильной дисфункцией и бесплодием, что сами пациенты могут расценивать как возрастные изменения. Гиперпролактинемия становится причиной мужского бесплодия в 30% случаев, идиопатической олигоспермии — в 11% случаев [7].

Роль пролактина в мужском организме долгое время оставалась малоизученной, однако, проведенные в последние годы исследования показали, что пролактин является регулятором половой функции у мужчин и действует синергически с тестостероном и лютеинизирующим гормоном [16]. Пролактину, как и другим гонадотропным гормонам, принадлежит специфическая роль в обеспечении созревания половых клеток, адекватного их питания и стимуляции биосинтеза половых гормонов. Пролактин непосредственно участвует в фертилизации спермы, обеспечивая энергетические процессы метаболизма и подвижность сперматозоидов, а также потенцирует действие ЛГ и ФСГ, направленное на восстановление и поддержание сперматогенеза [15].

При хронической ГПРЛ у мужчин ингибируется пульсаторное выделение гонадотропин-рилизинг-гормона и, следовательно, секреция гонадотропов, что снижает уровень тестостерона в сыворотке крови. По всей вероятности, также снижается секреция ЛГ, и частота и амплитуда его пульсации. Ослабление же либидо связано с истощением дофамина в дофаминергических нейронах гипоталамуса. ГПРЛ приводит и к ухудшению подвижности и/или качества сперматозоидов с цитологическими изменениями в яичках, характерными для препубертатного или пубертатного периода развития [8].

Проявления ГПРЛ в психиатрии

Гиперпролактинемия связана с достаточно широким спектром психоэмоциональных расстройств, включающих астению, частые изменения настроения, психонегативные нарушения, замедление ассоциативного процесса, нарушения памяти и внимания. У некоторых пациентов наблюдается специфический психоэндокринный синдром, проявляющийся повышенной раздражительностью, тревожностью, склонностью к депрессивным и психовегетативным реакциям, эмоциональной лабильностью, пониженной толерантностью и аутизацией, психосоциальной дезадаптацией [7].

Однако чаще ГПРЛ попадает в фокус внимания психиатров в качестве побочного эффекта антипсихотической терапии [17]. На фоне кратковременного приема антипсихотиков повышение уровня пролактина диагностируется у 80% пациентов [18], и на фоне поддерживающего лечения – у 30–70% [19, 20].

Психоэмоциональные и соматические нарушения, ассоциированные с ГПРЛ, такие как депрессия или сексуальная дисфункция, могут усугубить течение шизофренического процесса и негативно повлиять на социальную адаптацию пациентов, течение и прогноз основного заболевания [21, 22]. Немаловажно также, что обусловленные ГПРЛ побочные эффекты заставляют каждого третьего мужчину и каждую пятую женщину отказаться от лечения антипсихотиками [23].

Увеличение выработки пролактина, снижение содержание гормона роста, функциональные нарушения в гипоталамо-гипофизарно-тиреоидной (ГГТ) и гипоталамо-гипофизарно-гонадной (ГГГ) системах обусловлены выраженным блокирующим действием нейролептиков и некоторых других классов психиатрических препаратов на D2-рецепторы в тубероинфундибулярной системе головного мозга [2]. Помимо блокады D2-рецепторов препараты сходным образом воздействуют и на другие подтипы дофаминовых рецепторов (D1-, D3-, D4-), а также на серотониновые, гистаминовые, мускариновые, адренергические и холинергические рецепторы [24]. При достаточной длительности антипсихотической терапии может происходить постепенная нормализация уровня пролактина, что, по всей видимости, связано с адаптацией D2-рецепторов к нейролептику, но в большинстве случаев уровень пролактина остается выше нормы [3].

Задачи терапии гиперпролактинемии

Учитывая, что повышенный уровень пролактина отражается на функционировании многих органов и систем организма, к постановке задач в лечении гиперпролактинемии стоит подходить максимально широко, принимая во внимание необходимость борьбы со всем комплексом симптомов ГПРЛ.

Таким образом, оптимальная терапия гиперпролактинемии должна:

  • Снижать уровень секреции пролактина до стабильно нормального уровня,
  • Уменьшать выраженность симптоматики ГПРЛ: восстанавливать нормальный регулярный менструальный цикл у женщин, восстанавливать либидо и потенцию у мужчин, решать проблему бесплодия как у женщин, так и у мужчин, снижать вес.
  • Уменьшать размеры аденомы гипофиза и предотвращать развитие/уменьшать неврологическую симптоматику.

Агонисты дофамина, эволюция и преимущества

Согласно всем действующим руководствам, основная роль в медикаментозной терапии гиперпролактинемии принадлежит агонистам дофамина. К сегодняшнему дню были разработаны уже три поколения агонистов дофаминовых рецепторов. В число препаратов первого поколения, эрголиновых производных спорыньи, входит бромокриптин, стимулятор центральных и периферических дофаминовых рецепторов короткого действия [3]. Препарат показал достаточно хорошую эффективность и нашел широкое применение, но ряд серьезных недостатков бромокриптина заставили научное сообщество продолжить разработку более оптимальных вариантов. Неселективность действия препарата (помимо D2-рецепторов бромокриптин взаимодействует с α-1-адренорецепторами, серотониновыми и D1- рецепторами) становится причиной высокой частоты (23% больных) побочных эффектов. Короткая продолжительность действия обусловливает необходимость приема препарата 2–3 раза в сутки, что в сочетании с недостаточно благоприятным профилем безопасности значимо снижает приверженность терапии [17].

Препараты второго поколения — неэрготсодержащие дофаминомиметики (хинаголид), и третьего поколения — каберголин, обладают селективностью в отношении D2-рецепторов и проявляют большую эффективность и лучшую переносимость. Высокоселективный пролонгированный ингибитор секреции пролактина каберголин (оригинальный каберголин – Достинекс®) является синтетическим производным эрголина. Механизм его действия основан на прямом взаимодействии с D2-рецепторами лактотрофов. Снижение уровня пролактина в сыворотке крови наблюдается уже через 3 часа после приема 0,3-0,6 мг каберголина и сохраняется в течение 7-28 дней [25].

Достинекс® продемонстрировал высокую эффективность в отношении нормализации уровня пролактина и уменьшения размера пролактиномы. При макропролактиномах уменьшение размеров опухоли на фоне приема каберголина отмечается в 82,1% случаев, а при микропролактиномах – в 90% [26]. Полное исчезновение пролактиномы диагностируется у 57% пациентов.

Сравнение профиля безопасности Достинекс® с бромокриптином показали явное преимущество первого. На группе из 459 пациенток с ГПРЛ было достоверно доказано, что частота побочных реакций Достинекс® (тошнота и рвота) значительно ниже (31% и 4%), чем у бромокриптина (50% и 10%). Кроме того, из-за нежелательных явлений от лечения отказались 3% пациентов из группы Достинекс® и 12% пациентов из группы бромокриптина [2].

Таким образом, при сопоставимой эффективности каберголина и бромокриптина, первый препарат имеет ряд существенных преимуществ:

  • Более выраженное влияние на уровень пролактина;
  • Более гармоничная редукция клинических и гормональных проявлений синдрома ГПРЛ;
  • Более удобный режим дозирования – всего 1–2 раза в неделю, что позволяет снизить суточную фармакологическую нагрузку больного и улучшить его комплаентность;
  • Более благоприятный профиль безопасности [2].

Лечение препаратом Достинекс® проводится не менее 2 лет. Отмена препарата возможна не ранее, чем через 2 года лечения, при признаках ремиссии – длительной нормопролактинемии и отсутствии признаков аденомы гипофиза на МРТ [27].

Клиническая эффективность каберголина в гинекологии

Клинические исследования подтверждают более высокую эффективность Достинекс® в снижении уровня пролактина до нормальных значений, уменьшении размеров опухоли, восстановлении овуляции и наступлении беременности по сравнению с бромокриптином.

Годичное исследование, включившее 207 пациенток с ГПРЛ опухолевого и неопухолевого генеза, показало, что каберголин дает почти 50%ное преимущество в уменьшении размеров пролактином. Размеры макропролактином в группе Достинекс® уменьшились на 82,1%, в группе бромокриптина – на 46,4%. Размеры микропролактином – на 90% в группе Достинекс® и на 56,8% — в группе бромокриптина [26].

J. Webster и соавт. оценили динамику показателей уровня пролактина и клинических проявлений ГПРЛ у 162 женщин на фоне терапии каберголином. Через 49 недель терапии уровень гормона нормализовался у 85% пациенток, а у 90% восстановился нормальный менструальный цикл и/или наступила беременность [28]. Сравнительное исследование тех же авторов продемонстрировало, что в группе Достинекс® отмечалась значимо более выраженная тенденция к нормализации уровня пролактина (83% против 59%), восстановлению овуляции и наступлению беременности (72% против 52%), чем в группе бромокриптина [29].

Клиническая эффективность каберголина в андрологии

Влиянию терапии агонистами дофамина ГПРЛ у мужчин посвящено гораздо меньшее количество работ, чем ГПРЛ у женщин, однако, все имеющиеся работы наглядно показывают эффективность и безопасность применения Достинекс®. Так, Anil Bhansali и соавт. оценил динамику состояния пациентов-мужчин на протяжении и после 6-месячной терапии каберголином (начальная доза 0,5 мг два раза в неделю с увеличением до 1,5 мг два раза в неделю к третьей неделе) [30]. Симптомы ГПРЛ улучшились у большинства (93%) пациентов после четырех недель терапии каберголином, что совпало с резким падением уровня пролактина в сыворотке крови на 99% (с 6249,3 до 46,9 мкг/л). Уровень пролактина нормализовался у 93% пациентов к 8,2 нед. У всех пациентов было отмечено уменьшение размера опухоли более чем на 25%, и у 73% — более чем на 50% после шести месяцев терапии. Изначально низкий уровень циркулирующего тестостерона, выявленный у 73% пациентов, начал улучшаться с первого месяца терапии и нормализовался примерно у половины пациентов через 6 месяцев. Серьезных побочных эффектов, требующих прекращения терапии каберголином, не наблюдалось.

Исследование De Rosa и соавт. [16] проанализировало влияние длительного (6 мес) лечения каберголином на параметры семенной жидкости, половую функцию и функцию половых желез у мужчин с ГПРЛ по сравнению с эффектом лечения бромкриптином. Через месяц терапии уровень пролактина достоверно снизился в обеих группах пациентов (до 20,6 мг/л в группе каберголина и 256,3 мг/л в группе бромокриптина) и нормализовался через 6 месяцев у всех пациентов (7,9 мг/л в группе каберголина, 16,7 мг/л в группе бромокриптина). Через 6 месяцев у пациентов в обеих группах было зарегистрирована нормализация количества эрекций, уровня тестостерона, числа сперматозоидов, общей их подвижности и морфологии. Улучшение параметров семенной жидкости и сексуальной функции было более очевидным и быстрым у пациентов, получавших каберголин. Авторы пришли к выводу, что лечение каберголином улучшало уровни пролактина, гонадную и половую функцию, а также фертильность у мужчин с пролактиномой раньше, чем лечение бромокриптином. В группе каберголина также отмечалась хорошая переносимость и высокая приверженность терапии [16].

Клиническая эффективность каберголина в психиатрии (нейролептическая ГПРЛ)

Эксперты указывают на целесообразность назначения агонистов дофамина при клинических признаках ГПРЛ у пациентов, находящихся на антипсихотической терапии, если перевод на нейролептики с низкой пролактогенной активностью не привел к нужным результатам [31, 32].

Данные выполненных исследований демонстрируют успешность использования агонистов дофамина для коррекции ГПРЛ без отрицательного влияния на психотическую симптоматику. Результаты множества работ позволяют сделать вывод, что каберголин (Достинекс®) является препаратом выбора для коррекции нейроэндокринных нарушений, возникающих на фоне антипсихотической терапии [32-35].

R. Cavallaro и соавт. выявили [36], что применение небольших доз каберголина (0,125–0,250 мг в неделю) в течение 8 недель для коррекции ГПРЛ, вызванной приемом рисперидона у пациентов с шизофренией, способно нормализовать уровень пролактина в сыворотке крови у 58% больных к концу 8 недели терапии. Причем обострения шизофренического процесса ни у одного больного не наблюдалось.

Другое исследование [35] с участием 84 пациентов с антипсихотической ГПРЛ показало, что применение каберголина (от 0,25 до 3 мг) в неделю нормализует уровень пролактина у 95% больных. Снижение уровня пролактина ассоциировалось с уменьшением выраженности нарушений менструального цикла, галактореи, полового влечения и оргастической дисфункции. Немаловажно, что через три месяца после отмены каберголина уровень пролактина у 71% пациентов по-прежнему оставался нормальным.

Отечественные исследователи оценили эффективность Достинекс® при различных вариантах длительной антипсихотической терапии [32]. Применение препарата в средней дозировке 0,77 мг 1 раз в неделю средней продолжительностью 1,3 мес продемонстрировало эффективность 77,6-86,7% при всех вариантах основного лечения. На фоне терапии Достинекс® произошло значимое снижение уровня пролактина (в большинстве случаев до нормативных значений) и выраженное уменьшение клинической симптоматики, ассоциированной с ГПРЛ.

Клиническая эффективность каберголина в эндокринологии

Селективный, длительно действующий агонист Д2-рецепторов дофамина каберголин (Достинекс®) на сегодняшний день является наиболее предпочтительным препаратом при ГПРЛ не только с учетом его максимальной эффективности в отношении нормализации уровня пролактина, восстановления функции репродуктивной системы и антимитотического влияния на пролактин-секретирующие опухоли, но и благодаря его воздействию на метаболические проявления патологической гиперпролактинемии [8, 11, 13].

В исследовании R.S. Auriemma и соавт., продолжительность которого составила 60 мес, было показано, что нормальный уровень пролактина был достигнут у 93% больных и распространенность метаболического синдрома статистически значимо уменьшилась через 12 месяцев (11,5%) и 60 месяцев (5%) лечения каберголином по сравнению с исходными значениями (28%). На фоне терапии также существенно улучшились показатели липидного профиля, произошло снижение индекса висцерального ожирения и индекса HOMA [11, 37].

Отечественные исследователи сравнили динамику ИМТ у пациенток с ГПРЛ на фоне терапии бромокриптином, хинаголидом и Достинексом®. Через 6 месяцев была отмечена нормализация уровня пролактина у 94,4% пациенток с пролактиномами гипофиза в группе Достинекс®, у 63,6% в группе бромокриптина и 63,2% в группе хинаголида. У больных с неопухолевым генезом заболевания аналогичное улучшение произошло в 100%, 78,6% и 85,7% случаев соответственно. В группе каберголина отмечалось и статистически значимое снижение массы тела: в среднем динамика составила 2,6 кг у больных с пролактиномами и 1,9 кг у пациенток с неопухолевым генезом ГПРЛ. Применение других агонистов дофамина сопровождалось лишь тенденцией к уменьшению веса [11].

Интересна также работа S.S. Inancli и соавт., которая продемонстрировала, что через 6 месяцев терапии каберголином не только произошла нормализация уровня пролактина у всех участников, но было отмечено и статистически значимое снижение массы тела (ИМТ исходно – 27,1 кг/м2, в динамике – 26,7 кг/м2), улучшение динамики показателей липидного спектра, инсулинорезистентности, С-реактивного белка и толщины комплекса интима-медиа сонных артерий [37].

Заключение

В последние годы большое внимание врачей различных специальностей — эндокринологов, терапевтов, андрологов, урологов, гинекологов, диетологов, психиатров — привлекает проблема гиперпролактинемии. Достинекс® – высокоселективный агонист D2 рецепторов – доказал свою эффективность в нормализации уровня пролактина и улучшения клинической симптоматики ГПРЛ, к какой бы сфере они не относились. Использование данного препарата в гинекологии позволяет нормализовать менструальный цикл у женщин и в большинстве случаев решить проблему бесплодия, ассоциированного с ГПРЛ. У мужчин терапия Достинекс® нормализует сексуальные и репродуктивные функции, улучшает количество и качество сперматозоидов. Применение Достинекс® в качестве корректора вторичной ГПРЛ в психиатрической практике помогает минимизировать соответствующие побочные явления приема нейролептиков, повысить комплаентность и качество жизни пациентов с психическими заболеваниями, снизить риск отказа от терапии антипсихотиками. У пациентов с гиперпролактинемическим гипогонадизмом назначение Достинекс® сопровождается снижением массы тела, улучшением показателей углеводного обмена, липидного спектра, эндотелиальной функции, нормализацией провоспалительных атерогенных и диабетогенных маркеров.

Источники

  1. Международная классификация болезней. МКБ-10 https://www.rlsnet.ru/mkb
  2. Гиперпролактинемия как междисциплинарная проблема: от причин к последствиям. http://www.pfizermed.com.ua/public/products-content/%D0%B4%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8%D0%BD%D0%B5%D0%BA%D1%81%C2%AE/hprl-dostinex
  3. Горобец Л.Н., Мазо Г.Э. Нейроэндокринные дисфункции при использовании психофармакотерапии: клиника, диагностика, факторы риска и коррекция // Журнал неврологии и психиатрии имени С.С.Корсакова. — 2014. — Том 114, №10. — С. 122-130.
  4. Проблема гиперпролактинемии при терапии антипсихотическими препаратами у психически больных [Электрон.Ресурс] // Гранат. -2015. — URL: https://www.granatmc.ru/articles/problema_giperprolaktinemii_pri_terapii_antipsikhoticheskimi_preparatami_u_psikhicheski_bolnykh// (дата обращения 14.10.2022)
  5. Вакс В.В. Гиперпролактинемия: причины, клиника, диагностика и лечение // ConsiliumMedicum. 2001. Т. 3. №11. С. 516-524.
  6. White F.J., Wang R.Y. Differential aspects of classical and atypical antipsychotic drugs on A9 and A10 dopamine neurons // Science. 1983. 221. P. 1054-1057.
  7. Вагапова Гульнар Рифатовна Основные клинические проявления и принципы диагностики синдрома гиперпролактинемии // ПМ. 2010. №41. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/osnovnye-klinicheskie-proyavleniya-i-printsipy-diagnostiki-sindroma-giperprolaktinemii (дата обращения: 13.10.2022).
  8. Гиперпролактинемия у женщин и мужчин / Г.А. Мельниченко. – М., 2007.
  9. Эндокринологические расстройства. Гиперпролактинемия. https://psyclinic-center.ru/biblioteka-kliniki/kniga-shizofreniya/endokrinologicheskie-rasstroystva (дата обращения 14.10.2022)
  10. Федеральные клинические рекомендации по гиперпролактинемии: клиника, диагностика, дифференциальная диагностика и методы лечения. Российская ассоциация эндокринологов ФГБУ Эндокринологический научный центр Минздрава России. 2015
  11. Романцова Т. И. Репродукция и энергетический баланс: интегративная роль пролактина // Ожирение и метаболизм. 2014. №1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/reproduktsiya-i-energeticheskiy-balans-integrativnaya-rol-prolaktina (дата обращения: 14.10.2022).
  12. Достинекс®: безопасное решение проблемы бесплодия при гиперпролактинемии. https://www.lvrach.ru/2036/partners/15437707 (дата обращения 14.10.2022)
  13. Дедов И.И., Мельниченко Г.А., Романцова Т.И. Синдром гиперпролактинемии. М.: «Триада», 2004: 304
  14. Курляндская Р.М., Романцова Т.И. Влияние гиперпролактинемии на основные показатели жирового обмена // Лечащий врач. — 2004. — № 1.
  15. Гиниятуллина Е. Н., Дзеранова Л. К., Рожинская Л. Я., Григорьев А. Ю. Репродуктивные нарушения при гиперпролактинемии опухолевого генеза у мужчин // Вестн. репр.. 2008. №1-2. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/reproduktivnye-narusheniya-pri-giperprolaktinemii-opuholevogo-geneza-u-muzhchin (дата обращения: 13.10.2022).
  16. De Rosa M, Zarrilli S, Di Sarno A, Milano N, Gaccione M, Boggia B, Lombardi G, Colao A. Hyperprolactinemia in men: clinical and biochemical features and response to treatment. Endocrine. 2003 Feb-Mar;20(1-2):75-82.
  17. Горобец Л.Н., Мазо Г.Э. Гиперпролактинемия при использовании антипсихотиков второго поколения: принципы профилактики, диагностики и коррекции. Обозрение психиатрии и медицинской психологии имени В.М.Бехтерева. 2017;(1):63-69.
  18. Laita P., Cifuentes A., Doll A. et al. Antipsychotic-related abnormal involuntary movements and metabolic and endocrine side effects in children and adolescents.—J Child AdolescPsychopharmacol.—2007.—Vol. 17.—P. 487-502.
  19. Bushe C., Shaw M., Peveler R. A review of the association between antipsychotic use and hyperprolactinaemia.—J Psychopharmacol.—2008.— Vol. 22.—P. 46-55
  20. Inder W.J., Castle D. Antipsychotic-induced hyperprolactinaemia.—Aust N Z J Psychiatry.— 2011.—Vol.45.—P.830-837
  21. Park Y.W., Kim Y., Lee J.H. Antipsychotic-induced sexual dysfunction and its management.—World J. Mens. Health.—2012.—Vol.30.—P. 153-159
  22. Мазо Г.Э., Никифорова Ю.С., Щедрина Л.В. Влияние депрессии при шизофрении на уровень BDNF. Журнал Психиатрия и Психофармакотерапия» им. П.Б. Ганнушкина.—2015.—том 17.—№1.—С. 12-17.
  23. Montejo A.L., Majadas S., Rico-Villademoros F. et al., for the Spanish Working Group for the Study of Psychotropic-Related Sexual. Frequency of sex- ual dysfunction in patients with a psychotic disorder re- ceivingantipsychotics.—J Sex Med.—2010.—Vol. 7—P. 2013.
  24. White F.J., Wang R.Y. Differential aspects of classical and atypical antipsychotic drugs on A9 and A10 dopamine neurons // Science. 1983. 221. P. 1054-1057.
  25. Инструкция по медицинскому применению лекарственного препарата Достинекс® П N013905/01
  26. Di Sarno A., Landi M.L., Cappabianca P. et al. Resistance to cabergoline as compared with bromocriptine in hyperprolactinemia: prevalence, clinical definition, and therapeutic strategy // The Journal of Clinical Endocrinology & Metabolism. – 2001. – Vol. 86, No 6. – Р. 5256–5261.
  27. Григорян О.Р., Ларина А.А., Андреева Е.Н., Мельниченко Г.А. Гиперпролактинемия в практике гинеколога: этиология, патогенез, клиника, диагностика, лечение. Проблемы репродукции. 2013;(4):14 20.
  28. Webster J., Piscitelli G., Polli A., et al. The efficacy and tolerability of long-term cabergoline therapy in hyperprolactinemic disorders: an open, uncontrolled, multicentre study. Clin Endocrinol 1993;39:323—9.
  29. Webster J., Piscitelli G., Polli A., Ferrari C.I., Ismail I., Scanlon M.F. A comparison of cabergoline and bromocriptine in the treatment of hyperprolactinemic amenorrhea. Cabergoline Comparative Study Group. N Engl J Med 1994; 6: 331: 14: 904—909
  30. Bhansali, Anil & Walia, Rama & Dutta, Prashanta & Khandelwal, Niranjan & Sialy, R & Bhadada, S. (2010). Efficacy of cabergoline on rapid escalation of dose in men with macroprolactinomas. The Indian journal of medical research. 131. 530-5.
  31. Диагностика и лечение психических и наркологических расстройств: современные подходы. Сборник методических рекомендаций / сост. Н.В. Семенова, под общ. ред. Н.Г. Незнанова. — СПб.: Издательско-полиграфическая компания «КОСТА», 2018. — 448 с.
  32. Буланов В.С., Горобец Л.Н., Литвинов А.В. Синдром нейролептической гиперпролактинемии у больных с параноидной шизофренией и его коррекция каберголином // Современная терапия психических расстройств. 2016. № 1. С. 17–23.
  33. Горобец Л.Н., Буланов В.С. Место карбеголина (достинекса) в корректирующей терапии синдрома нейролептической гиперпролактинемии // Психиатрия и психофармакотерапия им. П.Б. Ганнушкина. – 2010. – Т. 12, № 3. – С. 28–32.
  34. Gillam M.P., Middler S., Freed D.J. et al. The novel use of very high doses of cabergoline and a combination of testosterone and an aromatase inhibitor in the treatment of a giant prolactinoma // J Clin Endocrinol Metab. – 2002. – Vol. 87, No 10. – Р. 235.
  35. Yunilaynen O, Starostina E, Dzeranova L, Baranov P, Dedov I. Efficacy and safety of longterm cabergoline treatment of antipsychotic-induced hyperprolactinemia (naturalistic study). EurPsychiatry. 2016; 33: S230.
  36. Cavallaro R., Cocchi F., Angelone S. M. et al. Cabergoline treatment of risperidone-induced hyperprolactinemia: a pilot study // J Clin Psychiatry. – 2004, Feb. – Vol. 65 (2). – Р. 187–190.
  37. Auriemma RS, Granieri L, Galdiero M, Simeoli C, Perone Y, Vitale P, Pivonello C, Negri M, Mannarino T, Giordano C, Gasperi M, Colao A, Pivonello R. Effect of cabergoline on metabolism in prolactinomas. Neuroendocrinology. 2013;98(4):299-310. doi: 10.1159/000357810. Epub 2013 Dec 17. PMID: 24355865.
  38. Inancli S.S., Usluogullari A., Ustu Y. et al. Effect of cabergoline on insulin sensitivity, inflammation, and carotid intima media thickness in patients with prolactinoma. Endocrine. 2013; 44(1): 193-1999. doi: 10.1007/s12020-012-9857-y.

Служба медицинской  информации: Medinfo.Russia@Pfizer.com
Доступ к информации о рецептурных препаратах Pfizer в России: www.pfizermedinfo.ru

Copyright 2022 Пфайзер Россия. Все права защищены. Информация предназначена только для специалистов здравоохранения Российской Федерации.

  OOO «Пфайзер Инновации»:
123112, г. Москва, Пресненская наб., д. 10, БЦ «Башня на Набережной»
Тел.: +7 495 287 50 00. Факс: +7 495 287 53 00.
PP-DOS-RUS-0759 11.11.2022


Adblock test (Why?)

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх