Группа авторов, связанная с лингвистической базой данных Grambank, занялась давним вопросом языковых универсалий и решила прояснить его статистическими методами. Исследователи проверили на имеющемся у них материале 191 импликационную универсалию (универсалию типа если A, то B) из проекта Universals Archive. Большинство универсалий вроде бы получили подтверждение. Но далее исследователи провели повторный анализ с поправкой на родство (благодаря которому у языков могут сохраняться общие черты) и географическую близость языков (благодаря которой общие черты могут заимствоваться). Оказалось, что с такой поправкой проверку проходят меньше половины всех испытанных универсалий, причем доля подтверждений для универсалий разных типов очень разная — от 25% до 80%. Однако 89 подтвержденных универсалий из 191 — это всё равно значительное количество нетривиальных общих закономерностей в морфологии и синтаксисе. И это вновь приводит к вопросу о причинах и механизмах сходства между языками в основных принципах их организации.
Одним из основных вопросов лингвистической типологии — раздела лингвистики, связанного с наиболее общими закономерностями в языке — является вопрос о языковых универсалиях. Под ними понимаются закономерности, которые (в идеале) имеют место во всех языках мира — или хотя бы соблюдаются значительно чаще, чем нарушаются. Проще говоря, универсальные законы языка.
Все языковые универсалии представляют собой строго сформулированные проверяемые утверждения об особенностях языка. И по своей форме они делятся на абсолютные и импликативные. Абсолютная универсалия выражается простым предложением — например, во всех языках есть гласные и согласные. А импликативные универсалии представляют собой утверждения формата если ..., то ... и напоминают тем самым математические теоремы.
Пример импликативной универсалии: если язык имеет порядок слов «подлежащее — дополнение — сказуемое», то в нём есть послелоги. Именно так обстоит дело в японском языке: в нём такой порядок слов в предложении, и в нём используются послелоги вместо предлогов.
Так, по-японски говорят 桜のために (sakura no tame ni) — в буквальном переводе сакуры для, в то время как по-русски и по-английски говорят для сакуры. Но справедливо ли это утверждение для большинства языков?Существуют большие списки предполагаемых языковых универсалий — например, Universals Archive. Однако было непонятно, насколько они на самом деле распространены — и насколько часто нарушаются. Для ответа на этот вопрос важно статистическое исследование большой репрезентативной выборки языков со всего мира. До недавнего времени качественных исследований на эту тему не было: исследовались слишком малые выборки языков, да ещё и методами с ограниченной статистической мощностью.
Преодолеть эти ограничения решила международная команда исследователей, ранее разработавшая базу данных Grambank. Эта база данных содержит информацию по морфологическим и синтаксическим особенностям 2430 языков со всех континентов, кроме Антарктиды (рис. 1). Помимо этого, в базе содержатся данные о локализации языков на карте мира (из базы Glottolog) и оценки степени их родства (из глобального исследования языков методами компьютерной филогенетики).
Идея исследования универсалий с использованием собственной базы данных (как отмечают сами авторы в популярном синопсисе) родилась на одной из планёрок Grambank. Для этого авторы отобрали из уже упоминавшейся базы Universals Archive 191 импликационную универсалию, для которых есть соответствия в базе Grambank. Эти универсалии были разделены на 4 группы.
- Узкие синтаксические универсалии (narrow word order), связывающие два признака, касающиеся порядка слов. Примером может служить разобранная выше универсалия, связывающая порядок слов с послелогами.
- Широкие синтаксические универсалии (broad word order), связывающие признак, касающийся порядка слов, с каким-то другим признаком, который непосредственно с порядком слов не связан. Например, в языках с эргативным строем (см. врезку ниже) глагол тяготеет к началу или к концу предложения, избегая позиции между подлежащим и дополнением.
- Иерархические универсалии связывают более редкий признак с более частым в той же категории. Например, если в языке есть двойственное число, то есть и множественное.
- Другие универсалии, не попавшие в перечисленные группы.
Для проверки универсалий была использована байесовская смешанная обобщённая линейная модель — разновидность обобщённой линейной модели (обобщения линейной регрессии на случаи, где распределение данных отличается от нормального). Таким образом, у исследователей была и репрезентативная выборка за счёт базы Grambank, и мощный статистический метод.
Применение метода без поправок на генетическую и географическую близость привело к тому, что подавляющее большинство предполагаемых универсалий — 91% — были подтверждены (рис. 2). Подтверждение универсалии не означает, что она выполнялась для всех языков (из наличия в языке признака A всегда следовало наличие B), но во всяком случае связь между A и B оказывалась статистически значимой — то есть вероятность того, что она возникла случайно, была совсем небольшой.
Однако, такой наивный подход — не совсем правильный. Как мы уже писали в одной из предыдущих заметок, контакты между языками приводят к их статистически значимому сближению — в типологическом плане они становятся более сходными. Примером могут служить языки Кавказа: они относятся к разным семьям, но зачастую имеют общие черты вроде большого количества согласных фонем и того самого эргативного строя из врезки выше.
К сходному смещению приводит и генетическое родство языков: родственные языки ожидаемо типологически близки друг к другу. Индоевропейские языки аккузативные и обычно флективные; уральские — агглютинативные; во многих (но не всех!) афразийских языках корень состоит из одних согласных, а форма слов образуется гласными, встраивающимися между ними. Такое наследование типологии от общего праязыка языками-потомками может существенно повлиять на наши выводы о «языке вообще» — а ведь именно их мы хотим сделать, изучая языковые универсалии.
Поэтому в типологических исследованиях рационально вводить поправку на родство и генетическую близость языков, чтобы исключить их влияние на общую статистику. Что-то типа такой поправки ввели и авторы уже упоминавшейся статьи о языковых контактах: они просто не рассматривали пары языков из одной семьи.
Авторы из проекта Grambank тоже скорректировали расчёт с учётом генетической и географической близости языков, внеся эти два фактора в модель как две дополнительные переменные. И результаты резко изменились. Более строгий анализ подтвердил менее половины универсалий во всей выборке. Самыми живучими оказались иерархические универсалии: из 30 в этом классе устояли 24. Также была подтверждена заметная часть узких синтаксических универсалий — 36 из 65. А вот широкие синтаксические и другие универсалии оказались... в большинстве своём не универсальными.
Исследование в очередной раз подтвердило, что языки мира гораздо разнообразнее, чем казалось ранее — даже в своих основных принципах. И что далеко не всё то универсалия, что ею кажется на первый взгляд.
Какие конкретно универсалии оказались наиболее сильными? Статистическую оценку (коэффициент Байеса) для каждой из подтверждённых универсалий (и некоторых неподтверждённых) можно увидеть на рис. 3. Как и на рис. 2, голубым цветом обозначены подтверждённые универсалии.
В числе явных лидеров среди узких синтаксических универсалий, коэффициент Байеса у которых явно далёк от пороговой «десятки», — упоминавшаяся выше универсалия в языках с порядком слов SOV используются послелоги; на рис. 3 она обозначена SOV > Ν-Adp.
По статистической поддержке её опережает другая универсалия: если сказуемое, выраженное переходным глаголом, ставится перед подлежащим, то сказуемое, выраженное непереходным глаголом, также будет предшествовать подлежащему, VS (tr. verb) > VS (intr. verb.). Также в числе лидеров в «узком синтаксическом» классе — универсалия если в языке числительное ставится после существительного, то прилагательное также следует за существительным, N-Num > N-Adj.
Несмотря на низкую поддержку класса в целом, в классе широких синтаксических универсалий есть несколько закономерностей с высокой статистической поддержкой. Например, если в языке глагол ставится в конце предложения или порядок слов свободный, то в этом языке есть послелоги или падежные аффиксы, V-final | free > N-Adp | case. В принципе, эта универсалия с некоторой натяжкой верна и для русского — если его порядок слов почти свободным считать. Но всё-таки японский или грузинский иллюстрируют её лучше.
Ещё одна лидирующая широкая синтаксическая универсалия — SVO > not ergative — выполняется, например, для русского языка. Она гласит, что языки с порядком слов «подлежащее — сказуемое — дополнение» (SVO) не эргативные. Эта универсалия эквивалентна упоминавшейся выше, согласно которой языки с эргативным строем имеют порядок слов со сказуемым в начале (VSO) или конце предложения (SOV), но не между подлежащим и сказуемым (SVO).
А вот интересная универсалия, связывающая приставки и суффиксы, не подтвердилась. Предполагалось, что если в языке используются только суффиксы и нет приставок, то в нём не будет и предлогов — только послелоги. И наоборот — если в языке есть только приставки и нет суффиксов, то послелогов в нём быть не должно. Эта идея (как и многие другие из анализируемых в обсуждаемой статье) была выдвинута известным американским лингвистом Джозефом Гринбергом (Joseph Greenberg), но статистический анализ её надежно не подтвердил — коэффициент Байеса близок к десяти для обеих формулировок универсалии. В переводе на простой язык это означает, что между предпочтениями языка в плане предлогов/послелогов и в плане морфемики нет подтверждённой связи. Видимо, развиваются они либо по-разному, либо в разные эпохи.
Подтверждённые исследованием иерархические универсалии включают в себя такие признаки, как наличие склонения местоимений по падежам при наличии склонения существительных, Case Nouns > Case PronN; согласование прилагательных с существительными по числу при наличии согласования по роду, gender Adj > number Adj. Эти универсалии наверняка покажутся читателям интуитивно понятными: ведь в русском языке всё так и устроено. Наконец, подтверждение получила ещё одна универсалия, упомянутая во введении: наличие в языке множественного числа при наличии двойственного, Dual > Plural.
Из числа подтверждённых универсалий в группе «Другие» лидирует любопытная закономерность, которая покажется смутно знакомой всем англоговорящим: чем меньше в языке падежей у существительных, тем больше в нём глагольных времён, Less case > more tense. Английский язык является, можно сказать, предельным случаем этой закономерности: у существительных нет падежей вообще, но система времён очень развитая и сложная. Любопытно, что в обратную сторону эта закономерность не работает: универсалия More case > less tense статистической поддержки не получила. Видимо, языки тяготеют к развитию сложной временной системы глагола, если теряют падежи (или если их нет изначально). Но вот наличие большого количества времён не обязывает язык терять падежи. Например, в латыни система времён очень напоминала английскую, за исключением разве что отсутствия длительных (континуальных) времён. Но это не помешало латинскому языку сохранить свои шесть падежей.
Так как авторы сделали поправки на близость между языками, можно с уверенностью утверждать, что подтверждённые закономерности действуют во многих языках мира при их независимом развитии и не могут быть объяснены контактами или общим прошлым. Значит, существуют какие-то внутренние механизмы, которые обеспечивают зависимость одних структур и подсистем языка от других. Какие именно механизмы — пока до конца не ясно. Версий так много, что в основную статью они не поместились, и их пришлось выносить в приложения, что в практике научных публикаций встречается не так часто: обычно в приложениях оказываются данные и расчёты, но не обсуждение. Это показывает масштаб нашего незнания тех причин, которые делают наши языки похожими друг на друга.
В общем и целом, если передавать все обсуждения в двух словах, то глубинные причины универсалий могут крыться в когнитивных процессах или в механизмах развития языка. Не случайно редакционная коллегия журнала Nature Human Behaviour, где опубликована обсуждаемая статья, написала на неё короткий публичный отзыв, где указала на «непосредственное отношение» языковых универсалий «к пониманию природы человеческого языка». Сама тематика исследования может показаться сложной или узкоспециальной — но на самом деле подобные работы позволяют глубже понять, на чём строится наша способность говорить.
Источник: A. Verkerk, O. Shcherbakova, H. J. Haynie, H. Skirgård, C. Rzymski, Q. D. Atkinson, S. J. Greenhill & R. D. Gray. Enduring constraints on grammar revealed by Bayesian spatiophylogenetic analyses // Nature Human Behaviour, 17.11.2025.
Георгий Куракин
Свежие комментарии