Свежие комментарии

  • Владимир Алтайцев
    До сих пор  живут в Германии так и неомеченные сорбы - полабские славяне, говорящие  на  славянском языке.Полабские славяне...
  • Ангел Смерти
    А зачем ещё ей понадобилось туда переться? Тем более, что от дипломатических отношений бастарды не рождаются.Как раскрыли обма...
  • Ангел Смерти
    Вот интересно, у российских кинопроизводителей ничего этого нет, а ничего вменяемого произвести уже лет 10 не могут. ...Суд Бостона посме...

На том стою и не могу иначе

На том стою и не могу иначе

В этом году исполняется 500 лет с тех пор, как в Европе началась Реформация — раскол Католической церкви, имевший далеко идущие последствия для культуры Нового времени, в том числе для рождения и становления нового научного знания, основанного на рациональном мышлении, эксперименте и критическом отношении к источникам. Реформация не была ни единственной, ни главной причиной возникновения современной науки, но она создала тот духовный климат, в котором творили первые ее создатели. Об этом — в статье историка Юлии Штутиной.

31 октября 1517 года 33-летний профессор теологии Мартин Лютер прибил к двери виттенбергской церкви Всех Святых свои «95 тезисов», конспект для предполагаемого спора с другими богословами о некоторых практиках католической церкви. Этот день традиционно принимают как отправную точку Реформации, грандиозного раскола внутри Церкви, приведшего к необратимым изменениям в политической, экономической и прочих областях жизни в Европе.

Здесь необходима короткая пауза. Во-первых, профессор Виттенбергского университета Лютер был монахом-августинцем и священником, то есть человеком, выпестованным в лоне Церкви и никуда из нее пока не собиравшимся уходить.

Во-вторых, тезисы свои он никуда не прибивал: судя по всему, он их разослал нескольким адресатам, причем большинству из них не 31 октября, а раньше. Корреспонденты Лютера, впечатленные содержанием его письма, поспешили напечатать их в типографиях Базеля, Нюрнберга и Лейпцига. Прежде чем 1517 год завершился, по германским городам разлетелось несколько сот копий «95 тезисов», причем как в оригинале, то есть на латыни, так и в переводе на немецкий.

Авторство истории о Лютере, прибивающем тезисы к церковной двери, принадлежит Филиппу Меланхтону, ближайшему соратнику профессора и его преемнику в роли неформального главы лютеранства. Меланхтон, внучатый племянник великого гуманиста Иоганна Рейхлина, в 21 год стал профессором греческого языка в Виттенберге по приглашению Лютера. Меланхтон, «делая биографию» своему кумиру — Лютеру, вставил в нее легенду, которая продержалась до 1961 года, когда ее разоблачил историк церкви Эрвин Изерло (кстати, католик, но экуменист). Эта маленькая история — следствие одного из направлений критической научной мысли, порожденной Реформацией: глубоким анализом первоисточников.

Вернемся к Лютеру. В августе 1513 года он приступил к чтению своего первого лекционного курса — о псалмах. Его слушатели получили из университетской типографии оттиски текстов псалмов. Широкие поля, которые использовались для глосс и комментариев отцов и учителей Церкви, Лютер специально оставил пустыми, чтобы студенты могли самостоятельно вписать туда свои открытия и рассуждения, не опираясь на многовековую традицию. Вспомним, что когда в 1546 году на Тридентском соборе католические богословы формулировали ответы на вызовы протестантской Реформации, они, в частности, приняли «Декрет о канонических писаниях». В нем говорилось:

«Дабы подавить врожденное своеволие, Собор предписал, чтобы в вопросах веры и нравов, относящихся к построению христианского учения, никто, основываясь на собственном разумении, не перетолковывал священные Писания по-своему, вопреки тому смыслу, которого держалась и держится святая матерь Церковь, коей принадлежит право судить об истинном смысле и истолковании священных Писаний, и даже не дерзал истолковывать священные Писания вопреки единодушному согласию Отцов; и чтобы такие толкования никогда не издавались… Если же кто не примет как священные и каноничные сии книги, целиком, со всеми их частями, как их принято читать в Католической Церкви и как они содержатся в издавна общепринятом латинском издании, или презрит, зная и понимая, вышеназванные традиции, — да будет анафема» (пер. Евгения Розенблюма для проекта Una Voce Russia).

Лютер и другие лидеры Реформации, в частности Жан Кальвин, целенаправленно боролись против диктата Католической церкви в вопросах интерпретации Писания. Кальвин не …

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх